В ернувшись с собрания, Шамсет сразу легла спать. Сон не приходил, и когда мать тихонько вошла в ком-нату, Шамсет плотно сомкнула веки и замерла, пусть подумает, что она уже уснула. Но материнское сердце не обманешь! Горе детей - для него глубокая боль. Мать подошла к кровати, погладила Шамсет по щеке и сказала: — Ты вся горишь, доченька... Не принимай ты обиду так близко к сердцу, то ли еще бывает с людьми! От тебя все зависит. Еще догонишь всех и перегонишь.