Когда был опубликован указ о награждении старой Гарпины орденом матери-героини, Карпо Петрович не только порадовался, но и обиделся не на шутку. — Я не за то виноватю Москву,— рассуждал он с соседями-казаками,— что дали моей старой этот орден. Раз есть у нас десять детей, то надо дать по закону! Однако же я, выходит, тут ни при чем? Може, не я сыновей да девок растил? • Двоих молодцов на войну с фашистом отправил... Выходит, об том забыли? — упрямо твердил он, подпрыгивая на кривоватых ногах по-томственного кавалериста, сердито вскидывая над черными узенькими глазами лохматые поседевшие бро-ви. — Поеду с Гапкой в Москву, поеду и все скажу напрямки, как мыслю! То дело треба исправить, чтоб нам, казакам, не обидно было...