-
-
-
-
-
-
Badiiy, -
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
Собрание сочинений в пяти томах. Том первый
Н.Грибачев,Первый том собрания сочинений Николая Грибачева содержит стихотворения, которые отражают жизненные переживания и философские размышления автора. В издании представлены как ранние работы, так и более зрелые произведения, что позволяет проследить эволюцию поэтического стиля и взглядов Грибачева.
-
Сочинения в четырех томах. Том 4
В.А.Гиляровский,В четвертый том Сочинений В.А.Гиляровского вошли книга "Москва и москвичи", стихотворения и экспромты, а также воспоминания о писателях.
-
Сочинения в четырех томах. Том 3
В.А.Гиляровский,В третий том Сочинений В.А.Гиляровского вошли две книги: "Москва газетная" и "Друзья и встречи".
-
Сочинения в четырех томах. Том 2
В.А.Гиляровский,Во второй том Сочинений В.А.Гиляровского вошла книга "Трущобные люди", а также рассказы, очерки и репортажи.
-
Сочинения в четырех томах. Том 1
В.А.Гиляровский,В первый том Сочинений В. А. Гиляровского вошли "Мои скитания" и "Люди театра". В книге Мои скитания писатель рассказывает о детстве и юности о своих странствиях по России.
-
Собрание сочинений в десяти томах. Том 10. Письма 1837-1856 годов
Генрих Гейне,Милый Кампе! Я собирался написать вам длинное письмо, но только что полученная мною весть о смерти моей тетки так оше-ломила меня, что сегодня я не в состоянии достаточно убедительно вам доказать, как глубоко вы заблуждаетесь в своем последнем письме. Может быть, недели через две-три я уже смогу убедить вас в том, как мало я склонен внимать клевете, направленной против вас, как мне хочется сохранить с вами самые дружеские отношения. Если с годами нам придется разойтись, то произойдет это не по моей вине. Две вещи, связанные с вами, вызывают во мне досаду и даже, когда я вспоминаю о них, чувство горечи.
-
Собрание сочинений в десяти томах. Том 9. Доктор Фауст
Генрих Гейне,Господин Лемлей, директор лондонского Театра ее величества королевы, предложил мне написать для этого театра балет, и я, идя навстречу его желанию, сочинил следующую поэму. Я назвал ее «Доктор Фауст. Танцевальная поэма». Но эта поэма не была поставлена на сцене отчасти потому, что в сезоне, на который она была намечена, беспримерный успех так называемого Шведского соловья в Театре королевы делал излишним всякую другую сенсацию, отчасти же потому, что балетмейстер из esprit de corps de ballet¹ самым злостным образом тормозил и затягивал постановку.
-
Собрание сочинений в десяти томах. Том 8. Лютеция
Генрих Гейне,Эта книга содержит ряд писем, которые я писал для «Аугсбургской газеты» с 1840 по 1843 год. Ввиду важных причин я издал их несколько месяцев тому назад, у гг. Гоф-мана и Кампе в Гамбурге, отдельной книгой, под загла вием «Лютеция», и соображения не менее существенные побуждают меня теперь издать этот сборник и на французском языке. Вот эти причины и соображения. Так как письма эти появлялись в «Аугсбургской газете» анонимно и при этом подвергались значительным сокраще-ниям и изменениям, я опасался, как бы после моей смерти их не издали в этой искаженной форме или даже вперемежку со статьями, совершенно чуждыми моему перу.
-
Собрание сочинений в десяти томах. Том 7. Людвиг Берне
Генрих Гейне,Имя Берне я впервые услышал в лето от рождества Христова 1815-е. Я был с моим покойным отцом на Франк-фуртской ярмарке, куда он взял меня с собою, чтобы я по-смотрел свет; он полагал, что это полезно для развития. Тут мне представилось величественное зрелище. В так называемых «хижинах», недалеко от улицы Цейль, я увидал восковые фигуры диких зверей, необыкновенные создания искусства и природы. Отец, кроме того, показал мне как христианские, так и еврейские магазины, в которых вы покупаете товар на десять процентов ниже фабричной цены и всетаки непременно будете обмануты.
-
Собрание сочинений в десяти томах. Том 4. Путевые картины
Генрих Гейне,Постоянна только пере-менчивость; устойчива только смерть. Каждое биение сердца ранит нас, и жить значило бы вечно истекать кровью, если бы не существовало поэзии. Она дает нам то, в чем отка зала природа: золотое время, которое не ржавеет, весну, ко торая не отцветает, безоблач ное счастье и вечную молодость.
-
Озеро тюльпан
Хамид Гулям,Имя узбекского поэта Хамида Гуляма широко известно всесоюзному читателю.Стихи,баллади, поэмы,вошедшие и его новую книгу,звучит как лирические раздумья поэта о жизни,о судьбах поколенний,о людях,чьим трудом преобразуется наша земля.Многие его стихи публицистичным,проникнуты гражданским пафосом,любовью к родине.
-
Тихий американец
Грэм Грин,Роман известного английского писателя Грэма Грина посвящён борьбе вьетнамского народа за свою национальную независимость.
-
Избранное
Мирза Галиб,Великий поэт Востока ХХI в.Мирза Асадулла-хан Галиб писал на двух языках - урду и персидском.Поэзия его уходит корнями в две блестящие литературные традиции:она органически связана с гуманистическими идеалами индийской классики и персидской литературы,подарившей миру рубайи Хайама и газели Хафиза.
-
Новеллы
Борис Горбатов,Сборник рассказов Андора Эндре Геллери (19071945) впервые знакомит советского читателя с творчеством наиболее яркого и оригинального венгерского прозаика межвоенного периода, герои произведений которого-рабочие,безработные, маленькие люди изгои капиталистического мира лишенные места в жизни.
-
Непокоренные. Алексей Куликов, боец. Письма к товарищу
Борис Горбатов,"Непокоренные" - повесть о том суровом времени Великой Отечественной во**ы, когда советский народ боролся с фашистскими захватчиками не только на фронте, но и на временно оккупированной гитлеровцами земле. В центре повествования - история донбасской шахтерской семьи. Преодолевая все ужасы во**ы, и глава семьи - старый рабочий Тарас, и его дети воспитывают в себе мужество и волю к сопротивлению. Любовь к Советской родине, сознание гражданского долга, товарищество приводят их к победе. В сборнике представлены также остро публицистические произведения "Алексей Куликов, боец" и "Письма к товарищу".
-
Собрание сочинений в шести томах. Том 6
А.С.Грин,Лет двадцать назад в Покете существовал небольшой ресторан, такой небольшой, что посетителей обслужива ли хозяин и один слуга. Всего было там десять столи ков, могущих единовременно питать человек тридцать, но даже половины сего числа никогда не сидело за ними. Между тем помещение отличалось безукоризненной чистотой.
-
Собрание сочинений в шести томах. Том 5
А.С.Грин,Мне рассказали, что я очутился в Лиссе благодаря одному из тех резких заболеваний, какие наступают внезапно. Это произошло в пути. Я был снят с поезда при беспамятстве, высокой температуре и помещен в госпиталь. Когда опасность прошла, доктор Филатр, дружески развлекавший меня все последнее время перед тем, как я покинул палату, позаботился приискать мне кварти-ру и даже нашел женщину для услуг. Я был очень при-знателен ему, тем более, что окна этой квартиры выходили на море.
-
Собрание сочинений в шести томах. Том 4
А.С.Грин,«Дул ветер...», - написав это, я опрокинул неосто-рожным движением чернильницу, и цвет блестящей лужицы напомнил мне мрак той ночи, когда я ле-жал в кубрике «Эспаньолы». Это суденышко едва под-нимало шесть тонн, на нем прибыла партия сушеной рыбы из Мазабу. Некоторым нравится запах сушеной рыбы. Все судно пропахло ужасом, и, лежа один в кубрике с окном, заткнутым тряпкой, при свете скраденной у шкипера Гро свечи, я занимался рассматриванием пе-реплета книги, страницы которой были выдраны неким практичным чтецом, а переплет я нашел.
-
Собрание сочинений в шести томах. Том 3
А.С.Грин,Лонгрен, матрос «Ориона», крепкого трехсоттонного брига, на котором он прослужил десять лет и к которо-му был привязан сильнее, чем иной сын к родной мате-ри, должен был, наконец, покинуть службу. Это произошло так. В одно из его редких возвраще-ний домой, он не увидел, как всегда еще издали, на по-роге дома свою жену Мери, всплескивающую руками, а затем бегущую навстречу до потери дыхания. Вместо нее, у детской кроватки нового предмета в малень-ком доме Лонгрена стояла взволнованная соседка.
-
Собрание сочинений в шести томах. Том 2
А.С.Грин,Пока обитатели Кантервильской колонии бродили в болотах, корчуя пни, на срезе которых могли бы свобод-но, болтая пятками, усесться шесть человек, пока они были заняты грубым насыщением голода, борьбой с бродячими элементами страны и вбиванием свай для Фундамента будущих своих гнезд, самый строгий лю-битель нравственности мог бы уличить их разве лишь в пристрастии к энергическим выражениям.